Работа совершенно вымотала меня в тот вечер. Я сидел на мягком диване в комнате отдыха смежной с лабораторией. Два года назад я все таки выбил денег на ремонт старого подсобного помещения, которое никем уже давно не использовалось. Выбил с большим трудом и очень незначительную сумму. Но все были рады этому потому, что в обеденный перерыв мы даже не могли нормально выпить чаю. Уборку пришлось делать своими руками, для проведения наиболее ответственных работ пригласили мастеров – уложить новый пол и произвести санацию стен. Мебель устанавливали также сами, вдвоем с Олегом, нашим техником, поскольку нас двое мужчин в женском коллективе психофизиологической лаборатории отдела физиологии ЦНС института проблем патологии и диагностики. Зато теперь в комнате был диван, два кресла и столик вокруг которого мы собирались в перерывах между работой и во время жарких споров о тех или иных тонкостях предстоящего эксперимента за чашечкой хорошего чаю. Диван зачастую также служит мне местом отдыха на ночь, когда я засиживаюсь за работой слишком долго что бы отправляться домой. Яна очень не любит когда я так делаю, утверждает что не беспокоится о возможности появления у меня любовницы, поскольку работа моя главная любовь и времени на женщин у меня не хватает даже для нее одной. Мне ее немного жаль, я действительно уделяю мало времени этой прекрасной женщине, хотя всячески стараюсь это компенсировать и показать всю свою любовь и нежные чувства к ней на выходных…. Впрочем, последних у меня и так мало.
Тот вечер не предусматривал длительной релаксации. Эксперименты на обезьянах не были закончены, методика требовала продолжения на протяжении не одних суток. Мы напряженно работали уже 4 дня и хотя даже предварительные результаты вдохновляли продолжать работу, усталость брала свое. Я лег на диван и закрыл глаза. В комнате раздавался лишь звук тиканья часов. Тело было свинцовым, мышцы совершенно не хотели слушаться моих команд, притупленное ощущение голода давало о себе знать, но не настолько что бы делать попытки его удовлетворить. Мой воспаленный мозг не прекращал работать ни на секунду. И вот как только я закрыл глаза я увидел ярко оранжевого голубя на жердочке в огромном зале, оформленном в стиле барокко. Единственным элементом интерьера была стойка с той самой жердочкой посреди зала. Голубь спросил меня:
- Почему ты не ложишься спать?
Я не успел подумать об ответе поскольку мое внимание привлекли ноги птицы. Это были, собственно говоря, не ноги, голени голубя покрытые оперением огненного цвета продолжались в человеческие предплечья с кистями и пальцами. Эти ноги удивительно натурально смотрелись на нем, потому я сразу их и не заметил.
- Чего молчишь? – спросила птица и громко щелкнула стальным клювом, кончик которого походил на хирургический пинцет.
- Как тебя зовут? – спросил в ответ я.
- Меня зовут Бенедикт.
- А меня Алексей. А кто ты и зачем пришел ко мне в сознание?
- Я и есть твое сознание – ответил Бенедикт и с лязгом расправил крылья на которых вместо маховых перьев располагались лезвия.
- А как тебе удается не порезаться?
- Ловкость рук и никакого мошенничества!
- Кстати зачем тебе руки?
- Ты пытаешься меня оскорбить? Я ведь художник. Я создал себя сам и рисую впечатляющие картины сюрреалистического мира которые менее материальны чем камень который лежит на обочине, но производят на разум большее влияние чем апельсин съеденный на завтрак после четырехдневного голодания. Посмотри – с этими словами он взлетел с жердочки и плавно, без единого взмаха поплыл в дальний конец зала. Впрочем для меня поплыл скорее зал, поскольку голубь остался на том же расстоянии от меня. Я подумал, что если бы я находился в том зале то я бы тоже поплыл за Бенедиктом подобно воздушному шару. Пока я размышлял мы очутились возле стены которая была сплошь увешана картинами. Картины были выполнены объемными красками на прозрачных холстах так, что все изображения людей казались живыми, но застывшими. Более всего мое внимание привлек портрет Гитлера. У него напрочь отсутствовал свод черепа, а на ткани мозга лежала пленка усеянная густой сетью электродов.
- Одна тысяча семьсот сорок щелчков секундной стрелки уже отзвучали, тебе время открыть глаза и продолжить эксперимент, было очень приятно познакомиться – сообщил мне Бенедикт и мгновенно сгорел. Черный дым от его сгоревшего естества покрыл собой весь зал. Мое тело обрело вес, а минутная и секундная стрелки одновременно достигли отметки 12 с громким щелчком. 2 часа ночи.
Я вышел в лабораторию. Нужно было водить препарат очередной группе животных после двенадцатичасового непрерывного снятия ЭЭГ. Опыт бы занял дважды меньший срок если бы нам выделили бюджет на модуль который расширял пропускную способность нашего энцефалографа до возможности снятия 20 энцефалограмм одновременно.
Тут меня неожиданно посетила идея о том каким образом мы можем выявлять латентных маньяков определяя особенности функционирования их мозга. Ведь специфическое окружение естественно отвечает за формирование тех или иных отклонений от общепринятых норм поведения и морали, но нестабильность психики человека является предпосылкой для возникновения девиантных черт поведения у индивидуума и чаще всего заложена изначально как в следствие экспрессии определенных генетических детерминант так и может быть обусловлена дестабилизацией эмбриогенеза. Таким образом каждый новорожденный ребенок имеет набор сформированных предрасположенностей и также особенностей темперамента которые определяют вероятность реализации им врожденных потенциалов. Технически определить это мы можем. Стабильность психики можно оценивать от +1 до –1 где «+1» будет означать максимальную пенетрантность способностей вне зависимости от условий внешней среды, а «–1» будет характеризовать крайне нестабильный тип. Меня в детстве дразнили сверстники и в юности не приняли в художественную школу, но я же не создал своей политической партии с целью захвата мира…
Игорь Васильевич внимательно меня слушал, а потом спросил:
- Что тогда означает ноль? Ноль способностей?
- Нет, ноль инициативы. Стабильная психика, но полностью зависимая от среды. Плюс единица стабильная и независимая. Минус единица нестабильная и независимая.
- И что делать?
- С нулями ничего, все как и раньше, управлять, направлять, командовать ими и развивать в правильную сторону.
- А с плюсами?
- В зависимости от степени помогать им развиваться, их не так и много, они всегда толкали прогресс вперед Если еще и создать для этого условия мы сможем достичь много в кратчайшие сроки.
- А минусы, их то куда?
- Большинство, особенно неярко выраженных способны провести жизнь подобно нулям в надлежащих условиях, хорошем коллективе, стабильной политической и семейной обстановке. Мониторить, ставить на учет, регулярные проверки по месту работы у психиатров. Не допускать кстати безработицы, опасно. Кто ближе к минус единице подкармливать антидепрессантами.
- Мы в праве?
- А ради кого все это? Представьте скольких смертей можно было бы уникнуть, имей мы метод сто пятьдесят лет назад, заглянув в корни самых кровопролитных войн человечества. И к тому же нам надо тщательнее выбирать экипажи космических кораблей, ведь работа по колонизации планет требует только самых лучших сынов человечества.
- Вот как легко ты Алексей делишь людей на лучших и худших, маньяков и нормальных, стабильных и независимых – со вздохом произнес Игорь – ну а как быть с твоими минус единицами, что никак им не поможешь?
- Почему же никак, тотальная элиминация…
Хотя действительно, в праве ли мы отбирать и изменять жизни людей? Даже с наилучшими намерениями…